Тема: Экономическая политика 21 февраля 2007 г.
Тушунов Д.Ю.
ведущий научный сотрудник Государственного Университета - Высшая школа экономики.

"Это не промышленная политика. Это ситуационный маневр"



Ваш комментарий*
Фамилия,
имя:
Должность,
место работы:
Ваш e-mail:
Тема:
Ваш
комментарий:
  
* — Заполните форму или отправьте на e-mail comment@vedi.ru.

Дмитрий Юрьевич, в понедельник состоялось выездное заседание Президиума Госсовета в Волгограде. Оно было посвящено промышленной политике и развитию перерабатывающих отраслей. Было достаточно много сказано и Президентом, и министрами, и губернаторами. Но если попытаться кратко изложить главные тезисы, то уместно, наверное, воспользоваться цитатой из заключительного слова Президента, где он сказал, что «недостаточно только активно влиять на формирование новой промышленной среды, - государство должно такую среду создать». То есть, государство – это не арбитр в экономике, а полноценный и самый сильный игрок. Много говорилось и об инновациях, и о структуре экспорта – импорта, и об особых экономических зонах и о технико-внедренческих зонах (Иванов высказывался, что лучше технико-внедренческие зоны, чем особые экономические), и о нехватке специалистов. Но главное – государство будет строить такую систему, какая нужна ему, со значительной долей ВПК, но и с определенной долей протекционизма в отношении западных производителей. Каковы Ваши впечатления от того, что прозвучало на Госсовете, какую промышленную политику мы будем строить и насколько она приемлема в современных условиях?

Мне кажется, что государство как субъект экономики - это наименее эффективный субъект. Может ли государство играть такую активную роль в экономической жизни? Наверное, в сегодняшней ситуации - да, и не только может, но и играет. Но является ли это с точки зрения экономической эффективности разумным? Думаю, что нет. Все-таки, совмещение в одном субъекте и регулятивных функций и функций хозяйственных - это типичный конфликт интересов. С одной стороны, государство само устанавливает правила игры, правила взаимодействия на рынке, а с другой стороны, является игроком этого рынка. В классическом понимании разделение этих функций должно происходить просто для того, чтобы эффективность функционирования всей системы повышалась. Сейчас идет явно и всеми замечаемый обратный процесс, когда государство не довольствуется только ролью регулятора, но и активно вмешивается в хозяйственную деятельность предприятий и отраслей. В принципе, на сегодняшний день это воздействие пока находится в рамках допустимого. Но если это долгосрочная тенденция, то через 3-5 лет мы будем иметь гораздо менее эффективное народное хозяйство, нежели оно могло бы быть в случае фиксирования государством только своей единственной роли - роли регулятора. С другой стороны, существуют разные отрасли, и в одних отраслях роль государства может быть несколько большей, чем в других. А где-то и несколько меньшей. То есть, здесь отраслевая специфика весьма существенна. Если исходить из тенденций, которые существуют сегодня, то, на мой взгляд, промышленная политика ближайших лет представляется мне со все возрастающей ролью государства как хозяйствующего субъекта. Но так как мы с вами сейчас находимся на пороге перемен - я имею в виду и президентские, и парламентские выборы - то говорить об устойчивости этих тенденций, об их долгосрочности я бы пока не решился. В принципе, пройдет год с небольшим, и мы с вами, возможно, сможем уже говорить о смене тенденций, а может быть, и не сможем. Здесь я бы не выступал, не прогнозировал ситуацию - я ее пока не очень хорошо понимаю.

А с точки зрения инновационного развития, вложений в экономику знаний и так далее. Тут государство тоже менее эффективно и это должен развивать бизнес?

Нет, здесь, наверное, нужно разделить эти вещи. Потому что инновационный бизнес – это вещь, сложнее поддающаяся прогнозированию – раз, обычной хозяйственной деятельности – два, и регулированию – три. То есть, на мой взгляд, деятельность в этой сфере должна осуществляться на основе грантов, на основе венчурного финансирования. И если мы говорим о грантовой сфере, то здесь о хозяйственной деятельности говорить сложно, если о венчурном финансировании – то можно. Но государство как раз более эффективный венчурный инвестор, чем частные инвесторы, потому как объем средств значителен, а при венчурном финансировании значительный объем средств позволяет сделать риски допустимыми. То есть, условно говоря, если у вас 5 рублей, вы их вложили и все проиграли, а если у вас 5 млн. рублей, то вы разделили это на 10 сфер, в 9 сферах проиграли, в одной выиграли, но выиграли столько, что покрыли все убытки. То есть, возможность маневра на больших суммах гораздо более значительна, и конечно, государство, как наиболее богатый экономический субъект рынка, может себе позволить финансировать венчурные проекты, создавать венчурные фонды и вести деятельность в этой сфере.

Что же касается экономики знаний и всего того, что с этим связано, то это фактически деятельность государства как такового, то есть, сложно в настоящее время вести речь о частном образовании, о каких-то частных школах в массовом масштабе. Мне кажется, что для этого еще не созрели предпосылки ни с точки зрения спроса, ни с точки зрения насыщения школ и вузов кадрами. Прежде всего, с точки зрения спроса, то есть, отдельные школы могут существовать в богатых регионах, но от массовости это пока слишком далеко.

По объему средств, которым располагает инвестор, государство, наверное, наиболее эффективно, а по способу выбора проектов для инвестиций?

Деятельность по выбору объектов для инвестирования достаточно близка к регулятивной деятельности, что является государственной функцией. Здесь у нас просто неэффективный государственный аппарат. Но сама по себе эта деятельность по выбору объектов инвестирования государству по плечу.

А может быть, для этого надо как-то привлекать независимые институты из бизнеса?

Такое тоже возможно. Функция регулятора может осуществляться разными путями. Даже в финансовой сфере существуют сейчас, и вполне себе неплохо, саморегулируемые организации, которые заменяют регулятивную функцию государства на отдельных сегментах рынка. И я бы не сказал, что эта замена негативно влияет на процесс, она, скорее, позитивна и для участников рынка, и для государства как регулятора, и для самих саморегулируемых организаций. Поэтому сама функция регулятора может осуществляться по-разному. И конечно, при выборе инвестиционных проектов могут привлекаться и независимые институты, и эксперты. И все подобного рода ресурсы по выбору. Тендерные комиссии, просто не могут состоять только из чиновников, они не должны состоять только из них, всегда должны привлекаться бизнесмены и какие-то иные субъекты рынка.


© АЛ "Веди" 2007; www.vedi.ru.