Тема: Фондовый рынок 23 мая 2007 г.
Тремасов К.В.
директор аналитического департамента Банка Москвы

"Президент просто выплеснул эмоции – неприятно, когда «Национальное достояние» стремительно обесценивается"



Ваш комментарий*
Фамилия,
имя:
Должность,
место работы:
Ваш e-mail:
Тема:
Ваш
комментарий:
  
* — Заполните форму или отправьте на e-mail comment@vedi.ru.

Кирилл Викторович, Президент Путин порекомендовал министрам подумать над идеей вложения государственных средств в акции российских нефтегазовых компаний. Он задал вопрос – почему правительство вкладывает средства в иностранные бумаги и не хочет вкладывать в акции отечественных производителей нефти и газа? Более того, Путин отметил, что в условиях роста цен на энергоносители, падение цен акций этих компаний выглядит неестественно, и предложил правительству с этим что-то сделать. По сути дела, речь идет об интервенциях. У нас многие эксперты и аналитики говорили, что хватит поддерживать западные экономики деньгами Стабфонда, однако эти предложения Путина большинству из них не понравились. Почему?

Откуда у нас взялся Стабфонд? Он формируется за счет доходов от экспорта нефти и газа, то есть, за счет изъятия денег у нефтяного сектора. Достаточно снизить налоги, чтобы акции нефтяных компаний выросли. Поэтому если правительство заинтересовано в росте капитализации российского фондового рынка, то в первую очередь надо подумать о снижении налоговой нагрузки на нефтяной сектор. По сути, это и будет означать поддержку фондового рынка за счет Стабфонда. Я не утверждаю, что надо снижать налоги на нефтянку (это вопрос дискуссионный), но если правительство задумалось над повышением капитализации нефтегазовых компаний (упали фактически только они, весь остальной рынок находится с начала года в плюсе), то правильней предпринять шаги по повышению их фундаментальной стоимости, а не заниматься спекуляциями, чем и являются по сути интервенции.

Вдобавок и инфляционный эффект будет в этом случае не столь сильным, как в случае покупки акций российских компаний из Стабфонда, т.к. нефтяники очевидно не все деньги, полученные от снижения налогов, будут расходовать внутри России.

А в чем тут инфляционный эффект?

Стабфонд – это деньги, которые не работают в экономике России, они выведены за её пределы. Если мы начинаем покупать акции компаний на внутреннем рынке, то это будет означать, что мы просто добавим денег в экономику, которая больше от этого не станет. Единственным результатом этого станет повышение уровня цен в экономике.

Но ведь эти деньги идут не на зарплаты.

А какая разница? Они идут в экономику, повышая общий уровень цен.

Есть разные способы расходования средств внутри экономики. Есть инфляционные способы и неинфляционные способы. И если деньги идут в инфраструктурные проекты, в освоение месторождений и т.д., то это неинфляционное расходование.

Заблуждение. Представьте, что Вы финансируете строительство некоего инфраструктурного объекта за счёт средств, привлечённых в российскую экономику извне (например, из стабфонда). Для реализации этого проекта Вам нужны ресурсы – люди, строительные материалы, техника. Текущая ситуация в нашей экономике такова, что избытка ресурсов практически нет, более того, по отдельным ресурсам (в том числе, люди и стройматериалы) у нас наблюдается дефицит. Таким образом, если Вы начинаете закупку ресурсов внутри страны, то это неизбежно приводит как к росту зарплат, так и к росту цен стройматериалов. И если объёмы внешнего инвестирования оказываются серьёзными, то это может вызвать колоссальный всплеск инфляции. Конечно, такие инвестиции могут иметь и ограниченный инфляционный эффект, либо вовсе его не иметь, но лишь в том случае, если ресурсы импортируются.

Некоторые аналитики подчеркивают, что если государство начнет инвестировать средства на рынке акций, то это чуть ли не вызовет крах всего фондового рынка – все обрушится, капитализация у компаний упадет окончательно. Обоснованы ли такие опасения?

Это раскачает лодку. Чтобы произошел крах, сначала нужно надуть пузырь. Стабфонд у нас сейчас внушительный, он сопоставим c free float российского фондового рынка (стоимостью акций, находящихся в свободном обращении), если точнее, то всего в два раза меньше. Этими деньгами легко можно надуть гигантский пузырь на рынке, и за этим, конечно, последует крах.

А иностранные инвесторы испугаются таких действий?

Я думаю, что они с удовольствием сыграют в эту игру. Нужно понимать, что иностранные инвесторы – это очень разношерстная публика. И на фондовом рынке среди портфельных инвесторов очень велика доля спекулянтов, конечно, они с удовольствием сыграют в эту игру, прокатятся вверх, а потом точно так же прокатятся вниз. Такие кульбиты на фондовом рынке отпугнут долгосрочных, стратегических инвесторов, которые приходят в Россию надолго.

С вашей точки зрения, если в этом предложении Путина все так негативно, то откуда ветер дует, с чего Президент такие предложения выдвигает?

Я шокирован так же, как и многие эксперты фондового рынка. Я не вспомню со стороны действующего Президента странных экономических предложений. За время своего правления Президент Путин зарекомендовал себя как экономически грамотный человек. И команда экономистов, которая его окружает, тоже достаточно грамотная, поэтому я предположу, что он имел в виду что-то другое. Возможно, он был просто недоволен той ситуацией, которая складывается на фондовом рынке, когда Газпром стоит на треть дешевле, чем он стоил год назад. Это, конечно, несколько странно, с учетом того, что экспортная цена газа у Газпрома сейчас выше, чем в первой половине прошлого года. Может быть, Президент просто выплеснул накопившиеся эмоции – ведь никому неприятно, когда Национальное достояние обесценивается.

Я не исключаю, что это эмоциональное заявление Президента, может активизировать дискуссию о смягчении налогового климата в нефтяной отрасли и заморозить идею повышении налогов для газовой отрасли.


© АЛ "Веди" 2007; www.vedi.ru.