Тема: Электроэнергетика 31 августа 2007 г.
Погребняк Е.В.
ведущий эксперт Института комплексных стратегических исследований

«Что значит — управление госкомпанией в электроэнергетике?»



Ваш комментарий*
Фамилия,
имя:
Должность,
место работы:
Ваш e-mail:
Тема:
Ваш
комментарий:
  
* — Заполните форму или отправьте на e-mail comment@vedi.ru.

Евгений, к 4 сентября из РАО «ЕЭС» выделятся ОГК-5 и ТГК-5. Затем пойдет процесс выделения и остальных компаний, то есть уже скоро «империи Чубайса» не станет. В каком состоянии к этому моменту подходит электроэнергетический сектор? Можно ли говорить, что новая система будет надежна и эффективна в своей деятельности, есть ли какие-то гарантии?

Есть ряд гарантирующих механизмов, которые должны обеспечить стабильность и управляемость работы отрасли после расформирования РАО ЕЭС в существующем виде. Насколько эффективны и работоспособны эти механизмы будут, мы не знаем. Но предусмотрено следующее — сетевая компания сама по себе может являться важным координирующим центром, как, например, в Великобритании, Испании, где она берет на себя работы по прогнозированию спроса, по оценкам развития генерации. То есть, одни из таких центров координации может стать ФСК. Не то, чтобы ФСК сейчас активно занималась этим вопросом, но по идее, с учетом зарубежного опыта такое возможно, это раз. Два — создается наблюдательный совет рынка, в который входят представители всех компаний, то есть, такой электроэнергетический РСПП, который может всех собрать и со всеми что-то обсудить, поговорить, прийти к каким-то взаимным действиям. Непонятно, насколько обязательные решения этого совета, насколько это соотносится с регулированием отрасли, но такая структура скорее всего будет. Три — допсоглашения с генкомпаниями о выполнении инвестпрограммы. Считается, что одно из оснований для проведения продажи активов — это привлечение частных инвестиций. Но в то же время частные компании не обязаны инвестировать. В электроэнергетике это играет существенную роль, что если резервы падают, начинаются проблемы с надежностью и стабильностью энергоснабжения, то есть, инвестиции нужны. Получается, инвестпрограмма РАО ЕЭС будет входить в обязательные договора генерирующих компаний, в которых они будут обязаны проводить эти инвестиции. На самом деле эти инвестиции могут быть избыточными относительно спроса, в этом случае оно может быть невыгодно и генерирующим компаниям, и при определенных условиях невыгодно потребителям, поскольку стоимость нового строительства может быть через плату за мощность, через тариф все равно переложена на потребителя. На конкурентном рынке потребителю так же невыгодно платить и за избыточные резервы, так же, как и за риск недопоставки энергии.

Ясно, что при планировании реформы есть проблема управляемости и координации отрасли, которая привыкла видеть единый центр, единую управляющую руку в виде РАО ЕЭС, и можно ожидать, что в отсутствие этого центра компании могут почувствовать себя дезориентированными или, наоборот, могут начать действовать активнее, чем раньше, на оптовом рынке, что может привести к большим колебаниям цен и к другим последствиям. Ясно, что после расформирования РАО ЕЭС должны будут задействованы новые координирующие механизмы, а в добавление к ним еще большая ответственность и требования к работе антимонопольных органов.

Сейчас, если на каком-то из предприятий РАО что-то происходит, как например, аварии Мосэнерго, то понятно, кому предъявлять претензии. И в решении проблем тоже централизовано принимает участие руководство РАО ЕЭС. А что будет, когда начнутся аварии на отдельных разрозненных предприятиях?

Конечно, система несколько усложнится, это потребует многосторонних договоров. Но такая ситуация неизбежна в случае, если принято принципиальное решение о работе электроэнергетики как разделенной структуры. Сейчас принятое решение уже бессмысленно обсуждать, в мире есть примеры работающих вертикально интегрированных компаний, и разделенных компаний. И те, и другие могут быть успешны. Чтобы получить конечный результат по поставке энергии, нужно иметь договоренности, правила или контракты по всей цепочке поставщиков, начиная от топлива, генерации и сбыта. Там большое количество организаций со своими интересами, ограничениями, ресурсами, условиями и так далее, но ясно, что эти организации стремятся участвовать в процессе энергоснабжения. И по мере наработки опыта, достижение таких многосторонних соглашений будет все проще. Но негативным ориентиром является ситуация в США, которая исторически развивалась как система локальных энергокомпаний, которая каждая ответственна за что-то свое, а в сумме оказывается, что глобально за регион эти координирующие органы не очень ответственны, что приводит ко отключениям энергии на четверть материка и так далее. Это, конечно, то, чего следовало бы избежать при реформировании, но имея некую устойчивую традицию централизованного планирования, может быть, эти новые структуры будут справляться с возложенными задачами. Потому что ясно, что для любых участников рынка такие экстремальные негативные последствия и события тоже невыгодны.

А с вашей точки зрения, конструкция, которая сейчас реализуется, оправдана для России?

Это субъективный вопрос. Мне кажется, что для России возможна и существующая концепция, так и сохранение вертикально интегрированной компании. Есть примеры в мире и государственных, и вертикально интегрированных компаний, которые могут работать на рынке более эффективно, чем приватизированные и множественные частные компании, и наоборот. Оглядываясь назад, возможно, стоит признать и множественность путей, а смотря вокруг сегодня, признать, что выбран только один конкретный путь, и не так, чтобы была какая-то возможность все переиграть.

Новые компании будут реально независимыми, или это больше формальное разделение.

Достаточно независимыми, потому что у них появляются новые акционеры, они очень разные. Даже если их вход в отрасль был связан с какими-то жесткими условиями, сектор оказывается насыщенным достаточно большим количеством инвесторов. Это автоматически не приводит к конкуренции, но что касается независимости, после входа в отрасль они достаточно самостоятельны в своих решениях.

Но вопрос в том, как осуществляется управление компаниями — по старинке, как привыкли еще с советских времен, или произойдет переход на систему управления как в крупнейших частных компаниях, которые гораздо эффективнее государственных?

Конечно, будет переход на управление как в частной компании, она фактически везде случился. И вообще Что значит — управление госкомпанией в электроэнергетике? Есть довольно успешные госкомпании, которые по эффективности можно сравнить с частной компанией. И есть примеры, когда переход от госуправления к частному управлению приводил к повышению производительности, снижению издержек, правда чаще всего — в основном за счет снижения издержек на труд.


© АЛ "Веди" 2007; www.vedi.ru.