Тема: Конвертируемость рубля 09 апреля 2007 г.
Орлова Н.В.
главный экономист Альфа-банка

"Девальвировать рубль сейчас нельзя"



Ваш комментарий*
Фамилия,
имя:
Должность,
место работы:
Ваш e-mail:
Тема:
Ваш
комментарий:
  
* — Заполните форму или отправьте на e-mail comment@vedi.ru.

Наталья Владимировна, сейчас мы наблюдаем существенное укрепление рубля по отношению к доллару США. Курс уже опустился ниже «критических» 26 рублей за доллар. Президент потребовал от правительства обратить на это особое внимание, «чтобы не подрезать положительную динамику, которую мы наблюдаем в обрабатывающих отраслях». А что правительство может предпринять? Следует ли ожидать массированных интервенций ЦБ в поддержку доллара? Но что в таком случае будет с инфляцией, ведь это существенный вброс в экономику рублей.

Есть разные варианты курсовой политики. Например, по–прежнему умеренно укреплять рубль, чтобы ЦБ как бы принял во внимание комментарий Президента. Или вариант более жесткой и прямой реакции – ЦБ прямо следует словам Президента и прекращает укрепление рубля, что, действительно, чревато дополнительной эмиссией. Есть разные варианты экономической политики, потому что многие страны, когда происходит такое давление на национальную валюту, и страна-экспортер не имеет возможности удерживать курс фиксированным, приходится давать укрепляться валюте, чтобы это не приводило к излишнему инфляционному давлению. В этом случае возможно принимать какие-то смягчающие меры – снижение налогообложения, введение специальных льгот для внутренних производителей, которые производят товары, конкурирующие с импортом. Обрабатывающая промышленность – это та промышленность, которая страдает от роста импортной продукции и от роста импорта в потреблении в первую очередь. Мы наблюдаем, что у нас рост импорта составляет свыше 30% в год. Пока рынок растет быстро, многие предприятия этого не замечают, но понятно, что как только у нас замедлится рост реальных располагаемых доходов (будет уже не больше, чем 10% в год, а меньше), то это уже может быть ощутимо. Поэтому естественной реакцией правительства является разработка каких-то дополнительных мер промышленной политики, которые позволят целевым образом не поддерживать напрямую сектора, а напрямую стимулировать рост в тех кластерах и сегментах, которые являются зонами относительной конкурентоспособности.

У нас и так либеральный налоговый режим, самый либеральный в мире, как заявляют чиновники Министерства финансов.

По ставкам – да, они правы. Но еще же есть вопрос налогового администрирования, и вопрос общей простоты налоговой системы. И я думаю, что в этом смысле России еще есть куда расти и куда стремиться. Я думаю, что это может быть просто путь упрощения налогового администрирования, например, реформа дерегулирования, которая была предложена в 2004 г. и была частично реализована для поддержки мелкого и среднего бизнеса. Ее суть как раз была такая – снижение административных барьеров, снижение административного давления с целью улучшения общих институциональных условий. Прямое снижение ставок - не единственные меры налоговой политики.

Тема укрепления рубля вообще неоднозначна. У нас уже в прошлые годы было так, когда Владимир Путин высказывался в поддержку российских производителей, сегодняшние слова - далеко не первые. Понятно также, что укрепление рубля имеет и положительные стороны, потому что благодаря укреплению мы видим дедолларизацию, мы видим рост спроса на инвестиционный импорт, оборудование, мы видим рост спроса на рублевые ресурсы и по большому счету замедление инфляции. Эффект укрепления рубля, который влияет на стоимость импортной продукции, и прямым счетом – на инфляцию, куда входят импортные товары, и косвенно, потому что растет спрос на рубли. Это позитивный эффект на экономику, на ее денежную структуру. Я это к тому, что заботясь о производителях, нельзя забывать, что укрепление рубля – это не абсолютное зло, у этой тенденции есть и положительные стороны.

А нет ли ощущения, что та экономическая система, которая у нас есть, при появлении таких вызовов в виде укрепления национальной валюты, оказывается абсолютно беззащитной. Может быть, нужно менять всю систему, глобально. Причем потребность уже настолько настоятельная, что менять надо пусть даже ценой нового кризиса.

У меня, честно говоря, нет впечатления, что укрепление валюты является проблемой. Да, это является фактором, который негативно сказывается на российских производителях, но с другой стороны, можно считать альтернативный сценарий. Мы просто не знаем, если бы укрепление было меньше, может быть рост импорта все равно бы был 30%. Я думаю, что связь между укреплением рубля и ростом импорта существует. В 1998 г. мы видели, когда у нас была сильная реальная девальвация на 50%, импорт среагировал, произошло переключение на внутреннее производство. Но если мы говорим об укреплении или ослаблении рубля в пределах 10%, то, что мы сейчас видим, то это недостаточно существенное колебание. Могут иметь эффекты и какие-то другие факторы, например, фактор банального предпочтения потребителем импортной продукции, потому что она просто лучшего качества. Да и люди у нас становятся более обеспеченными, они постепенно переходят в более высокий ценовой сегмент по некоторым товарным группам.

Рубль к доллару в пределах 10% годовых – не гарантирует радикально иную ситуацию.

Еще раз замечу, укрепление рубля имеет много плюсов. Помимо дедолларизации капиталы стали приходить, российские финансовые рынки переживают бум IPO, бум бондовых размещений, каких до сих пор не было. Это идет в значительной степени потому, что рублевые активы стали привлекательными. Поэтому я думаю, что нельзя говорить, что это зло для производителей и нужно заканчивать укрепление рубля. Это не те масштабы укрепления, когда это приводит к какой-то экономической турбулентности.

Кстати, по поводу кризиса 1998 г., тогда была конспирологическая версия, что больше всего в этом кризисе были заинтересованы сырьевики–экспортеры, которые в условиях низких цен на нефть часто работали себе в убыток, якобы, это они инициировали кризис.

Это правда, что нефтяной сектор - это тот, который в большей степени выигрывает от девальвации, все сырьевые сектора, потому что это - рублевые издержки и в основном валютные экспортные доходы. Но при этом даже тогда интересы нефтяного сектора не были определяющим фактором. Тогда была экономическая ситуация, характерная ТАКИМ объемом долга, который было просто невозможно обслуживать. И я думаю, что сейчас интересы нефтяного лобби в целом менее значимы для экономической политики, чем в том же 1998 г., просто потому, что сейчас гораздо больше игроков. Даже если мы сейчас абстрагируемся от истории укрепления государства, сейчас появилось гораздо больше сегментов, где бизнес набрал силу.

А есть ли у нас такие сектора, которым выгодно укрепление рубля?

Я думаю, что с точки зрения обрабатывающей промышленности – вряд ли. Укрепление рубля просто является естественной реакцией ЦБ и экономики на ту сырьевую конъюнктуру, которую мы сейчас наблюдаем. Просто, к сожалению, когда страна в основном подпитывается экспортными доходами, в условиях их роста получается дилемма – либо удерживать курс на каком-то фиксированном уровне, то, через что проходили страны Латинской Америки, когда ЦБ там поддерживали фиксированные курсы с привязкой к доллару. Они набирали очень много валюты, потом эта валюта одномоментно уходила, когда менялась ситуация, и это приводило к кризису. Либо такой вариант, который выбрал у нас ЦБ, когда они на рынке все равно присутствуют, но в меньшей степени, у них нет обязательства удерживать фиксированный курс, и при этом они контролируют ситуацию - удерживают укрепление рубля в тех рамках, которые им кажутся возможными.

Кстати, я хотела обратить внимание на одну вещь - если считать реальную стоимость рубля, а ее можно определять по-разному, есть вульгарный «бигмаковский индекс», но есть еще и другие индикаторы, которые счетные, то ситуация уже будет выглядеть по-иному. Например, возьмем отношение денежной массы к золотовалютным резервам, или денежной базы к золотовалютным резервам. Это исходя из предпосылки, если все придут, и свои рубли отдадут ЦБ, то по какому курсу он продаст им свои резервы. Если сравнить динамику этого индикатора, то мы увидим, что если в 2000 г. у нас номинальный курс находился где-то в середине интервала – верхняя граница интервала это денежная масса, деленная на резервы, а нижняя – денежная база, деленная на резервы. А в конце прошлого года и сейчас номинальный курс близок к верхней границе интервала. Это показывает, что ЦБ всеми силами препятствует быстрому укреплению рубля. Для ориентира – в 2000 г. реальная оценка рубля колебалась на уровне 25 -33 рубля за доллар, а сейчас у нас 13-27 рублей за доллар. Этот интервал, благодаря росту золотовалютных резервов дает сильно рыночное укрепление рубля.

То есть, это означает, что и у ЦБ сейчас практически нет возможности бороться с укреплением рубля.

Девальвировать рубль им сейчас сложно, потому что фактически они ограничены фундаментальной стоимостью. По большому счету они сейчас будут просто следовать за динамикой резерва и денежной массы, и у них очень мало сейчас возможностей для своих личных маневров.


© АЛ "Веди" 2007; www.vedi.ru.